Есть места, которые годами находятся у тебя под носом, но попасть туда сложнее, чем в иную страну. Для меня таким местом всегда была «Запорожсталь».
Ее трубы видно едва ли не с половины города. Ее запах запорожцы узнают безошибочно. А красное зарево над заводской промзоной давно стало такой же частью местного пейзажа, как Днепр, Хортица и плотина ДнепроГЭС. При этом о том, что происходит за проходной, большинство горожан знает примерно столько же, сколько об устройстве вулкана: где-то внутри очень горячо, шумно и постоянно что-то плавится.
Однажды мне все-таки удалось попасть внутрь.
Каска, защитные очки, пропуск — и передо мной открылся целый город внутри города. Со своими дорогами, железнодорожными путями, светофорами, скверами и зданиями, между которыми проще передвигаться на автобусе. Только вместо торговых центров здесь доменные печи, а вместо жилых кварталов — цеха, каждый из которых способен проглотить обычный городской дом и даже не заметить.
Эта экскурсия состоялась задолго до полномасштабной войны, в 2018 году. Я сознательно оставляю рассказ в том времени: таким комбинат увидел и запомнил я.
Завод на одном экране
Знакомство началось с главной диспетчерской. На огромной схеме в реальном времени отображалась работа основных агрегатов комбината. Зеленым — то, что работает. Красным — то, что остановлено, например, на плановый ремонт.
С виду это напоминает карту какой-нибудь сложной компьютерной стратегии. Только все происходящее на ней реально: в одной точке загружают шихту, в другой выпускают чугун, где-то кипит сталь, а где-то уже сматывают готовый лист в рулон.
Раньше диспетчерам приходилось обзванивать цеха и собирать информацию по телефону. Кто-то не дозвонился, кто-то передал данные с опозданием, кто-то просто ошибся. Новая система позволяла видеть весь ход производства без испорченного телефона и пресловутого человеческого фактора.
На схеме можно было открыть отдельно любую доменную печь и посмотреть давление, температуру, расход газа, уровень загрузки и состояние оборудования. Так же отслеживалась линия травления: с какой скоростью движется полоса, на каком участке она находится и какая марка стали сейчас проходит обработку.
Но интереснее всего было увидеть весь путь металла — от сырья до готового рулона.
Как рождается сталь
Начинается все с доменной печи, где из железорудного сырья, кокса и других компонентов получают чугун. Затем жидкий металл отправляют в мартеновский цех. К чугуну добавляют металлолом, флюсы и необходимые примеси. Все это плавится, перемешивается — и на выходе получается сталь нужной марки.
Дальше кипящую сталь разливают по изложницам — огромным толстостенным формам. Снаружи слиток начинает остывать, но внутри еще остается раскаленное желто-оранжевое сердце.
Затвердевший снаружи слиток извлекают из изложницы в стрипперном отделении и отправляют в нагревательные колодцы обжимного цеха. Звучит странно: зачем снова нагревать металл, который только что был жидким?
Все просто. Снаружи слиток уже успел остыть, а внутри все еще раскален. Перед прокаткой температуру нужно выровнять по всему объему. Иначе при прохождении через валки металл может разорвать.
После нагревательных колодцев огромный клещевой кран вынимает слиток и укладывает его на прокатный стан. Дальше начинается почти магия: валки снова и снова сдавливают раскаленный металл, превращая массивный слиток в длинную и сравнительно тонкую полосу. Чем дальше она движется, тем тоньше становится.
Затем полосу сматывают в рулон и отправляют на дальнейшую обработку. В зависимости от назначения металл может остаться горячекатаным либо пройти холодную прокатку и стать еще тоньше и ровнее.
Когда видишь готовый лист, вся эта цепочка совершенно не укладывается в голове. Еще недавно это был камень, кокс и металлолом. Затем — огненная река, многотонный слиток, бесконечная раскаленная лента. А в конце получается ровный лист, который отправится на стройку, завод или в порт.
День рождения «Запорожстали»
История любого металлургического завода начинается не с красивого приказа и даже не с первого заложенного фундамента. Она начинается с первого чугуна.
Для «Запорожстали» таким днем стало 16 ноября 1933 года, когда доменная печь № 1 выдала первую плавку. Эту дату и считают днем рождения комбината.
Во время нашей экскурсии главной звездой доменного цеха была печь № 3 — на тот момент самая современная домна Украины. Причем построили ее почти как гигантский конструктор LEGO.
Старая печь продолжала работать, а рядом, на специально подготовленной площадке, заранее собирали крупные части новой. Некоторые узлы весили до 400 тонн. Для понимания масштаба: обычный строительный кран с подобной задачей даже не стал бы знакомиться. Здесь же использовали специально привезенную тяжелую технику.
Старую ДП-3 остановили 1 ноября 2016 года. После этого ее демонтировали, а на подготовленный фундамент начали устанавливать уже собранные многотонные блоки. Благодаря крупноузловой сборке работа, которая традиционным способом могла растянуться примерно на два года, заняла считаные месяцы.
Во время экскурсии нам называли восемь месяцев. В описании проекта у «Метинвест-Промсервиса» фигурируют 150 суток непосредственно ремонтных работ. В любом случае разница с двумя годами получилась более чем ощутимой.
Внутри доменной печи. Почти
Разумеется, внутрь самой печи нас никто не пустил. Да и желающих, думаю, было бы немного. Зато мы поднялись в помещение управления и увидели, как вся эта махина работает.
Сырье к верхней части домны поднимают две тележки — скипы. Пока одна идет наверх и выгружает очередную порцию шихты, вторая спускается вниз за новой. Потом они меняются. И так снова, снова и снова, пока работает печь.
На мониторах отображаются вес каждой загрузки, давление, температура и уровень материалов внутри домны. Тепловизоры позволяют следить за нагревом корпуса и состоянием футеровки. Оператор находится в чистой комнате за пультом, но видит процессы, происходящие в огромном раскаленном сосуде за стеной.
В нижней части домны выпускают чугун и шлак. Летку открывает бурильная машина, а после выпуска специальная пушка снова закрывает отверстие огнеупорной массой. Чугун по желобам отправляется в ковши и едет дальше — в сталеплавильный цех. Шлак собирают отдельно, перерабатывают и используют, в частности, в дорожном строительстве.
Особенно поражает не сам огонь — его как раз ожидаешь увидеть на металлургическом заводе, — а непрерывность происходящего. Печь нельзя просто выключить вечером, запереть дверь и отправиться домой. Пока город спит, внутри продолжают двигаться скипы, идти газ, загружаться шихта и выпускаться чугун.
Экология без рекламных буклетов
Говорить об экологии на «Запорожстали» сложно. Любой запорожец знает, что комбинат десятилетиями был одним из главных источников городских выбросов. Было бы смешно пройтись по чистой операторской, посмотреть на пару новых фильтров и торжественно объявить тяжелую промышленность безвредной.
Но столь же глупо делать вид, что никакой модернизации не происходило.
На новой доменной печи установили мощную систему аспирации. Загрязненный воздух засасывается и проходит через длинные ряды плотных рукавных фильтров. Воздух проходит дальше, а пыль остается на ткани. Затем фильтры встряхиваются, собранная железосодержащая пыль ссыпается в закрытые емкости и возвращается в производство как часть сырья.
Получается своеобразный круговорот заводской пыли: вместо того чтобы улететь в город, она снова отправляется в печь.
Похожим образом модернизировали газоочистки агломерационного цеха — одного из самых проблемных участков металлургического производства. Во время экскурсии нам рассказывали о целевых показателях до 20 миллиграммов пыли и менее 400 миллиграммов сернистого ангидрида на кубометр отходящего газа. Именно такие цифры предприятие указывало для новых газоочисток агломашин.
Важно понимать: это сведения предприятия, а не результаты моей независимой проверки с пробиркой наперевес. Но сами огромные установки существуют вполне материально — их трудно не заметить.
НТА-4: кислота, пар и бесконечная полоса
Следующей точкой маршрута стал цех холодной прокатки № 1 и непрерывно-травильный агрегат № 4 — НТА-4.
После горячей прокатки поверхность металла покрывается окалиной. Экскурсовод сравнила ее с налетом в чайнике — и, пожалуй, проще уже не объяснить. Только удалить этот «налет» с многотонного рулона губкой и лимонной кислотой не получится.
Рулон устанавливают на разматыватель. Конец одной полосы сваривают с началом следующей, поэтому через линию идет практически бесконечная металлическая лента. Она проходит травильные ванны с соляной кислотой, где с поверхности удаляется окалина.
НТА-4 запустили в 2014 году. До этого на комбинате использовали сернокислотное травление, сопровождавшееся выбросами паров и сбросом промышленных вод от цеха в Днепр. Новая линия работает с установкой регенерации соляной кислоты: использованный раствор восстанавливают и снова возвращают в цикл.
Над установкой поднималось белое облако. В промышленной зоне к подобным облакам относишься с подозрением, но нам объяснили, что это водяной пар: регенерация происходит при высокой температуре, а пары кислоты улавливаются системой.
Линия была уникальной для Украины, поэтому просто купить оборудование оказалось недостаточно. Ее помогали настраивать немецкие и австрийские специалисты, а запорожских работников отправляли учиться на европейские предприятия, где подобная технология уже использовалась.
Здесь особенно хорошо понимаешь, что современный завод — это не только печи, краны и суровые мужчины в робах. Это еще программное обеспечение, автоматика, химия и люди, которым приходится осваивать оборудование, раньше не существовавшее в стране.
Сквер между трубами
Возле НТА-4 разбили небольшой сквер имени Виталия Сацкого, который руководил «Запорожсталью» с 1986 по 2012 год.
Сочетание получилось странное: вокруг металл, трубы, эстакады и бесконечный промышленный гул, а между ними — деревья, цветы и дорожки. Однако именно поэтому сквер и запоминается.
Экскурсовод рассказывала, что работники цеха сами следят за ним, выходят на субботники и буквально берегут каждый куст. Комбинат, разумеется, покупает растения и помогает с содержанием, но без людей любая показательная клумба быстро превратилась бы в заросли.
Сацкий успел побывать здесь при открытии сквера и увидеть сочетание нового промышленного объекта с зеленью. Спустя несколько лет, когда проходила наша экскурсия, его уже не было в живых, а маленький заводской парк носил его имя.
Соленая газировка и кондиционер над раскаленным металлом
За всеми схемами и многотонными конструкциями легко забыть о людях.
В горячих цехах рабочим организовали питьевые точки: фонтанчики и сатураторы с газированной слегка подсоленной водой. При высокой температуре человек теряет не только воду, но и соли, поэтому обычной воды недостаточно.
В кабинах кранов установлены кондиционеры. Внизу раскаленный металл, горячий воздух поднимается вверх — как раз туда, где всю смену сидит крановщик. Без охлаждения такая работа быстро превратилась бы в пытку.
На заводе есть семейные династии с общим стажем в несколько поколений. Дети работников смотрят на комбинат по телевизору и спрашивают родителей, когда же их наконец возьмут на настоящую экскурсию. Ответ простой: сначала нужно дорасти. Все-таки это действующее производство, а не парк аттракционов, хотя впечатлений здесь едва ли меньше.
Рулоны-пончики по 16 тонн
Финал производственной цепочки выглядит на удивление аккуратно. Очищенная полоса снова сматывается, превращаясь в огромный рулон. Один из тех, что мы увидели, весил 16 тонн.
На готовый рулон наносят QR-код. Когда металл доберется до склада, порта или покупателя, достаточно считать маркировку, чтобы получить информацию о партии и характеристиках продукции.
Горячекатаные рулоны могут отправляться без дополнительной упаковки. Холоднокатаный металл защищают тщательнее — в то время его можно было узнать по желто-голубой упаковке. С высоты все эти многотонные рулоны кажутся маленькими аккуратными пончиками, сложенными рядами. Очень дорогими пончиками, которые лучше не пытаться поднять руками.
Вместо вывода
До экскурсии «Запорожсталь» была для меня огромным серым пятном на карте родного города. Трубы, дым, зарево по ночам — и не особенно понятный мир за забором.
После нее завод не стал меньше, проще или безобиднее. Зато обрел внутреннее устройство. Теперь за каждой трубой угадывался определенный процесс: вот поехала наверх шихта, вот выпустили чугун, вот слиток прошел через валки, вот очередной 16-тонный «пончик» получил свой QR-код и готовится уехать за тысячи километров.
Но сильнее всего спустя годы воспринимается другое.
Когда я записывал эту экскурсию, завод казался чем-то вечным. Можно было откладывать текст, фотографии, возвращение — ведь куда он денется? Теперь я переслушиваю шумную запись за тысячи километров от Запорожья и понимаю: поездки сохраняют не только места. Иногда они сохраняют целое время, когда знакомый город работал, гудел, ругался на выбросы, строил новые печи и казался незыблемым.
Мне повезло однажды пройти за проходную и услышать этот город изнутри.
Теперь можете услышать и вы.